Иван Винник о законе “О национальной безопасности”: “Нацбезопасностью нужно управлять, а не наблюдать, как управляют ею извне”

Одной из главных тем этой недели станет рассмотрение Верховной Радой во втором чтении законопроекта “О национальной безопасности”. О ключевых новшествах проекта, вражеской пропаганде и противодействии ей; а также о том, почему большинство украинских военных в Крыму изменили присяге и что нужно делать, чтобы это не повторилось, рассказал секретарь профильного парламентского комитета Иван Винник.

– Правильно ли я понимаю, что изменений в законопроекте будет много, и носить они будут отнюдь не косметический характер?

– В связи с принятием постановления Верховной Рады, в котором даны направления доработки законопроекта, мы должны были расширить проект новыми разделами, привести предложения нормы и полномочия органов государственной власти в соответствие с Конституцией и законами Украины.

В результате изменилась структура законопроекта, стала однозначной и очевидной его основная задача и функционал.

Отдельно хотел бы упомянуть то, что этот проект представляет собой продукт двухлетней работы офиса НАТО в Украине, Аппарата СНБО, различных неправительственных организаций. Проект закона содержит множество новелл. Задача Комитета – донести суть нововведений до состава Верховной Рады, скоординировать их в единую систему, в эффективно функционирующий организм.

– Имеете в виду, что концептуально он был “сырой”, поскольку разные новеллы этой “книги” писались разными авторами?

– Соавторов у текста, поданного в ВРУ Президентом, действительно было много. В результате написания целого ряда эпизодов этой “книги” общая сюжетная линия кому-то, возможно, показалась неочевидной и мне кажется, что ко второму чтению нам удастся все изложить в виде целостной картины.

– А теперь эта сюжетная линия появилась?

– Она и была. Просто я надеюсь, что в результате работы Комитета сюжет этой “книги” станет более цельным в плане восприятия и системной цельности.

– Объясните тогда ее суть читателю.

– Согласно этой концепции, самая большая ценность украинского государства – человек и гражданин. Что человеку и гражданину гарантирует государство? Мирное небо, работу, пенсию, отпуск, свободу мировоззрения и прочие вещи. Соответствующие статьи перечисляются в Конституции Украины. И простому украинцу, даже такому, который не занимается политикой, не все равно, каким образом государство будет гарантировать ему мирное небо. А государство может делать это по-разному – путем развития своей армии или, скажем, за счет вступления в НАТО. Могут быть и другие стратегии.

Проще говоря, “мирное небо” реализуется обеспечением сферы “военной безопасности”.

Соответственно, государство должно обеспечить комфорт и безопасность гражданина в определенных сферах национальной безопасности. Вот эти сферы мы в новой редакции подробно описали, раньше этого не было. Мы их четко разделили по сути и указали, что этот перечень не является исчерпывающим. А сферы безопасности должны в полной мере обеспечиваться. Все права гражданина и человека описаны в Конституции.

– Например?

– Например, военная безопасность – это физическая защита территории Украины. Физическая! Не от политических, идеологических и прочих влияний, а именно физических. Есть наша граница, и в случае вооруженной агрессии границу будут защищать Вооруженные силы, Министерство обороны, пограничники, другие военные формирования. Поэтому главный субъект в обеспечении военной безопасности – Министерство обороны, Вооруженные силы в его составе, Национальная Гвардия в случае введения правового режима военного положения или войны. И именно министерство обороны будет нести ответственность за реализацию государственной политики в сфере военной безопасности. Именно оно, а не, скажем, министерство культуры. В этом и есть суть разграничения ответственностей по сферам.

В свою очередь Минкульт будет отвечать за реализацию государственной политики в сфере гуманитарной безопасности.

– Определения и толкования сфер безопасности Вы тоже описали в проекте?

– Да, максимально однозначно и понятным языком.

Возвращаясь к Минкульту и гуманитарной безопасности. Это вообще новелла в нашем законодательстве, раньше такого не было. (Сам термин, возможно, и был, но описывал абсолютно другие правовые отношения). Понятие “гуманитарной безопасности” стало крайне востребованным после оккупации Крыма. Ведь Крым оккупировали не военными методами, а исключительно гуманитарными. 20 тысяч украинских военных сознательно изменили присяге, поскольку хотели стать частью “русского мира”. А еще лучше – частью Российской Федерации.

– Далеко не все ваши коллеги об этой массовой измене вот так откровенно говорят…

– Я говорю, потому что так и было. Почему это получилось? Украинская идеология, национальные идеи, символы, украинство в целом как явление, понимание Конституции, наши ценности – не прививались в АРК властями в предыдущие периоды. При этом анализ событий дает нам возможность утверждать, что РФ в течение 5-7 лет, которые предшествовали аннексии Крыма, вела активную идеологическую работу. Эта работа, помимо насаждения скреп “русского мира”, включала и инфраструктурные проекты. Например, РФ построила в Севастополе, в Камышовой бухте, целый район постоянного жилья для российских военных. Они именно туда выходили на пенсию с Черноморского флота! А дальше так: выходит российский военный на пенсию, получает двух-трех-комнатную квартиру. Конечно, он – завидный жених. У них рождаются дети. И это целый район в Камышовой бухте! И вот результат: новосозданная украинская семья на деле исповедует идеологию “русского мира”…

– И кто строил этот район?

– Строили украинские компании, выполняя подряды за деньги РФ. Украина не понимала сути происходящего и называла происходящее инвестициями в экономику Украины. Даже благодарила РФ за это! Органы государственной власти в упор не хотели замечать, что РФ вкладывает такие колоссальные деньги не из огромной любви к военным пенсионерам или социальной защите (чего, кстати, не наблюдалось в других регионах РФ). Инвестируя деньги в строительства жилья для военных в Крыму, Путин на самом деле инвестировал в идеологию “русского мира”.

– Вернемся к законопроекту. Предвижу, что читатель уже морщится: мол, какой прок от всех этих концепций и общих определений? Слова, слова – чем конкретно они помогут национальной безопасности страны? Ведь от того, что защиту территории страны назовут, помимо прочего, “физической”, мощи у конкретных боевых подразделений не прибавится. В чем практическая суть изменившейся концепции?

– А суть в следующем: после того, как мы описали 11 сфер обеспечения Национальной безопасности (военная, гуманитарная, коммуникативная, экономическая, финансовая, экологическая, энергетическая, гражданская, социальная, демографическая, информационная), у нас есть раздел, который называется “Конституциональные основы сферы обороны и безопасности”. Речь идет о гражданине Украины. Он принимает участие в выборах. Он выбирает Президента Украины. Президент назначает Совет Национальной безопасности и обороны – рабочий орган в сфере управления национальной безопасностью. Далее – Верховная Рада, Кабинет министров, Национальный банк и прокуратура. Вот субъекты, которые по Конституции принимают судьбоносные решения для страны. И первым таким субъектом, фундаментом власти, является гражданин. Потому что, именно он на выборах выбирает власть, а на следующих выборах – оценивает ее деятельность. Это очень важно понимать. На самом деле гражданин Украины в вопросах обеспечения долгосрочной национальной безопасном имеет больше полномочий, чем, например Президент Украины. И мы хотим, чтобы каждый это знал и реализовывал эти полномочия на практике.

– У многих читателей эта новелла вызовет скептически-кислую улыбку…

– Я понимаю, что вызовет, но нужно учиться уважать себя. Потому что Президента выбирает не кто иной, как эти же читатели. Другое дело, что иногда им некогда сходить на выборы. А потом они часами проклинают в Фейсбуке власть. Но логично задать им вопрос: вы же эту власть выбирали? Или, наоборот, не выбирали, потому в день выборов были заняты или лень было сходить на выборы!

Поэтому мы сознательно главную роль в сюжете этого законопроекта отводим гражданину и человеку. Гражданина и человека государство обязано защитить. Мы также обращаем внимание на то, что именно гражданин выбирает и в дальнейшем дает оценку государственной власти в вопросах эффективного обеспечения его прав и свобод, закрепленных Конституцией Украины.

– То есть раньше этот принцип прописан нигде не был?

– Был и есть – он записан в каждом слове нашей Конституции. Но работая над проектом закона о национальной безопасности, мы делаем на этом твердый акцент и стараемся все пояснить максимально доступным языком, чтобы граждане Украины однозначно понимали свою значимость в этой стране.

Знаете, я сам в парламент избирался, как мажоритарщик, и могу сказать, что в обществе до сих пор присутствует пролетаризм и совковость. Люди относятся к власти с некоторой опаской, недоверием. А должно быть совершенно наоборот: человек выбирает власть; власти обязаны работать на человека. В этом суть Закона “О национальной безопасности”.

– В дальнейшем вы описываете сектор безопасности и обороны?

– Да, это как раз все министерства, ведомства, Вооруженные силы, Нацгвардия и т. п. И мы описываем, какой сектор за какую сферу обеспечения безопасности отвечает.

– Разделения сфер полномочий прописано в новой редакции закона более детально, чем до этого?

– Абсолютно. У нас такого вообще раньше не было. Скажем, вы не найдете в законодательстве определения многих сфер обеспечения национальной безопасности. Некоторые сферы безопасности определены, но не описаны в контексте практического механизма их применения.

– Этому подробному распределению полномочий, насколько я могу судить, посвящены целые страницы новой редакции законопроекта.

– Именно. Национальной безопасностью нужно управлять, а не наблюдать, как управляют ею извне.

– До того как профильный комитет рассмотрит новую редакцию и решит, следует ли вносить ее в зал, где читатель может ознакомиться с текстом новой редакции?

– В понедельник мы планируем этот рабочий текст выставить на сайте комитета.

– Сразу несколько представителей оппозиции признались мне, что опасаются новелл новой редакции этого законопроекта. Мол, коалиция в последний момент такого может понавключать…

– Например?

– Конкретизировать они не смогли. Но подвоха ожидают. В первую очередь относительно перераспределения полномочий в пользу силовых структур.

– А мы вообще не вмешиваемся в полномочия. У нас полномочия структур определены Конституцией Украины, законодательством Украины и Положениями о соответствующих министерств. И мы не вмешиваемся в эти вопросы; просто описываем функционал министерств при обеспечении сфер национальной безопасности.

И потом, оппозиция у нас разная. Взять, к примеру, Оппозиционный блок, в котором ни один человек сегодня, реализуя стратегию демонстративного отрицания украинских символов, не надел вышиванку (беседа состоялась в День вышиванки. – Е.К.). Или когда тот же Оппоблок первый раз в истории украинского парламента блокировал трибуну, чтобы не допустить голосования в поддержку обращения к Вселенскому Патриарху о предоставлении автокефалии Украинской православной церкви.

Либо, например, ситуация, когда митрополит московской православной церкви в Украине Онуфрий демонстративно не встал, когда объявили минуту молчания в память о погибших украинских воинах.

Вот такая оппозиция стопроцентно увидит в этом тексте много неприятного.

– Например?

– Например, раздел о коммуникативной безопасности. Вот цитата: “Держава запобігає поширенню пропаганди – системним формам цілеспрямованого переконування, які намагаються вплинути на емоції, світогляд, погляди, переконання, думки і дії визначеної цільової аудиторії з політичною ідеологічною чи комерційною метою, що загрожує національній безпеці України”.

Если приводить примеры, которых касается приведенная мною формулировка, то это – ситуация с “РИА Новости”. Думаю, никого не нужно убеждать в том, что это не журналистика, а пропаганда. Я глубоко убежден: украинский социум должен научиться отличать свободу слова и журналистику как ее компонент – от пропаганды, угрожающей национальной безопасности Украины.

– Ну, собственно, эта учеба и не прекращается. В случае с “РИА Новости” некоторые известные люди изменили свою точку зрения в течение дня: утром они опасались за свободу слова; вечером – высказывали согласие с санкциями в адрес российских пропагандистов.

– Об этом нужно постоянно говорить на высоком уровне, а в законодательстве пора ввести термин “пропаганда”. Это  агрессивные действия против нашего мировоззрения, убеждений и т. д.

– Скажите, а почему глава фракции “Самопоміч” Олег Березюк, выйдя со встречи Президента Порошенко с лидерами фракций Верховной Рады, назвал закон о Национальной безопасности “пустым” и нуждающимся в доработке?

– Это безответственная и популистская оценка законопроекта. Возможно, он глубоко не вник в его суть. В этом, на самом деле ничего страшного нет, депутаты ВРУ распределены по 27 комитетам, каждый из которых имеет свою специализацию. Березюк работает в комитете по местному самоуправлению. Уверен, мы сможем ко второму чтению донести до него суть проекта про национальную безопасность.

– Думаете, Березюк изменит свое мнение, ознакомившись с новой редакцией законопроекта?

– Трудно сказать; мы пока не знаем, как на новую редакцию отреагируют наши коллеги. В минувшую среду мы впервые представили эту концепцию. Суть ее в том, что гражданин является как субъектом национальной безопасности, так и ее объектом.

– А кто уже ознакомлен с этой концепцией?

– Мы передали материалы и Президенту, и Секретарю СНБО. Раздали ее депутатам, в понедельник вывесим на сайте.

– Как технически называется свод ваших наработок к 21 мая?

– Для себя я называю ее “концепция доработок ко второму чтению в связи с принятием постановления, обязавшего нас провести такую доработку”.

– Когда будет следующее заседание комитета?

– В следующую среду, 23 мая.

– И если все пройдет гладко, то…?

– Если все пройдет гладко и мы успеем дописать законопроект (а это солидный объем работы), то нам нужно будет еще рассмотреть депутатские правки.

– Времени у вас в обрез, поэтому меня удивил оптимизм председателя комитета Сергея Пашинского, который выразил уверенность в принятии закона во втором чтении уже в ближайший четверг.

– Лично мой оптимизм строится на том, что мы глубоко погрузились в этот процесс. И мне нравится то, что мы делаем (улыбается. – Е.К.). И поскольку я считаю, что мы делаем все правильно, мой оптимизм строится на убежденности в том, что новая концепция законопроекта полностью корреспондируется с идеологией народа Украины, который хочет светлого, безопасного будущего.

– В любом случае, вряд ли по срокам вы упираетесь в конец следующей недели. Главное, уложиться в сроки нынешней сессии, что вполне реально.

– Честно говоря, нам бы очень хотелось принять закон уже 24 мая. Но у нас есть ряд неизвестных. Первое – неизвестно, будет ли законопроект после изменений соответствовать первоначальным инициативам субъекта законодательной инциативы – Президента Украины. Также мы ждем комментариев от Секретаря СНБО. И третье: как новую редакцию воспримут политические силы, которым предстоит определиться с голосованием?

Но сам я все же питаю осторожный оптимизм. Я советовался с ученой средой; глубоко изучил международную практику по этому вопросу. Советовался и с офисом НАТО, и с представителями США. Критики не было; скорее наоборот – отзывы были позитивными.

– Постарайтесь поставить себя на место гражданского общества. Какие новеллы законопроекта могут вызвать его обеспокоенность? Заложен ли в него хотя бы незначительный риск нарушений гражданских свобод?

– Полагаю, что нет; наоборот, новая редакция однозначно намного либеральнее предыдущей. Повторюсь: мы превозносим роль гражданина в управлении самым ценным элементом, которым обладает государство, – национальной безопасностью.

По сути, закон “О национальной безопасности” является Конституцией Национальной безопасности. По крайней мере, идеологически он таким и должен быть.

источник